## Простое товарищество: ключевые аспекты
Простое товарищество представляет собой довольно эффективную форму объединения предпринимателей, позволяющую им не только соединить усилия для извлечения прибыли, но и регулировать налоговую нагрузку товарищей. Но как избежать претензий налоговиков и снизить их внимание к себе? В частности, важно экономически обосновать целесообразность работы в рамках данного договора.
## Положения договора простого товарищества
В соответствии с п. 1 ст. 1041 ГК РФ, по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.
Уточняются ключевые положения данного договора:
- Сторонами договора могут быть только индивидуальные предприниматели и/или коммерческие организации.
- Ведение общих дел и бухгалтерского учета может быть поручено одному из участников договора.
- Пользование общим имуществом товарищей осуществляется по общему согласию.
- Каждый товарищ имеет право знакомиться со всей документацией по ведению дел.
## Распределение прибыли и расходов
Порядок покрытия расходов и убытков, а также распределение прибыли определяется соглашением товарищей. По умолчанию, при отсутствии такого соглашения, расходы и убытки несутся пропорционально стоимости вклада каждого товарища. Статьей 1048 ГК РФ предусмотрена пропорциональная распределение прибыли в соответствии с вкладами товарищей.
## Особенности договора
Договором простого товарищества может быть предусмотрено, что его существование не раскрывается для третьих лиц (негласное товарищество).
## Создание простого товарищества
Когда нескольким компаниям нужно начать совместную деятельность, они могут воспользоваться договором простого товарищества, не создавая новую юридическую структуру. Это удобно при необходимости привлечения большого объема финансовых ресурсов для расширения бизнеса.
С помощью договора простого товарищества компании могут объединить свои усилия, не создавая новую юридическую сущность.Договор простого товарищества: особенности и нюансы
Суть явления
Договором простого товарищества (его еще называют договором о совместной деятельности) признается соглашение, участники которого:
- преследуют общую цель (обычно – получение прибыли) и совместно движутся к ней;
- формируют имущество (за счет вкладов), составляющее их общую долевую собственность;
- несут расходы и распределяют полученную прибыль.
Словосочетание совместная деятельность не стоит понимать буквально. В рыночных условиях не так важно, прилагают ли товарищи свои личные усилия для общего успеха или кто-то из них ограничивается только имущественным взносом.
Товарищество в первую очередь подразумевает совместное внесение вкладов. А дальнейшие права и обязанности устанавливаются договором.
Заключив договор, компании не создают новое юрлицо, но формируют определенную устойчивую группу.
Причем каждый товарищ вправе действовать от имени всех товарищей (если договором не предусмотрено, что ведением дел занимается кто-то один или несколько товарищей).
Наряду с простым товариществом существуют также товарищество на вере и полное товарищество. Однако они, в отличие от простого товарищества, подразумевают создание отдельного юридического лица.
Товарищество или корпорация?
У тех, кто никогда не сталкивался с товариществом, наверняка возникает вопрос: чем оно лучше объединения в обычную корпорацию, скажем в ООО?
Тем более что конструкция корпорации формально позволяет участникам ограничить свою ответственность по ее обязательствам суммой вклада (хотя на практике это не совсем так).
А по договору простого товарищества отвечать придется, как говорится, по полной программе.
Корпорация и объединение в рамках договора простого товарищества обладают своими преимуществами и недостатками.
Поэтому нельзя однозначно сказать, какой вариант лучше.
В каждом конкретном случае нужно оценивать, какая модель будет наиболее оптимальной в зависимости от вида и масштаба деятельности.
Налогообложение и прибыль
Прибыль товарищи могут получать напрямую, а налоги платить потом и в рамках своей системы налогообложения.
Например, небольшая фирма – участник договора простого товарищества, получив прибыль от совместной деятельности, может заплатить с нее всего 6% (в рамках упрощенной системы налогообложения).
В случае объединения участников в обычную корпорацию налоги должна будет заплатить сначала она, а после распределения прибыли участникам придется поделиться с государством частью уже своих доходов (полученных дивидендов).
Впрочем, у договора простого товарищества есть и свои минусы.
Так, при исчислении налога на прибыль убытки не распределяются между участниками товарищества и при налогообложении не учитываются (п. 4 ст. 278 НК РФ).
Конечно, участники товарищества рассчитывают на прибыль, но и от убытков никто не застрахован.
Поэтому данную особенность тоже нужно иметь в виду. Например, ритейлер может иметь в составе сети одну или несколько убыточных или работающих в ноль торговых точек.
Общие положения ГК РФ
Статья 1041 ГК РФ предусматривает возможность заключения договора простого товарищества (договора о совместной деятельности). Сущность этой конструкции состоит в том, что двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.
В пункте 2 ст. 1041 ГК РФ указано: Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.
Так, договор простого товарищества между ИП и/или ЮЛ – это популярный вариант сотрудничества для бизнеса. Но нередко физические лица также задумываются о том, как они могли бы оформить партнерство в совместных проектах.
Тогда возникает вопрос: допускает ли ГК РФ заключение договора простого товарищества физическими лицами, учитывая положения п. 2 ст. 1041 ГК РФ?
Первичный анализ судебной практики, а также правовые позиции отдельных юристов показывают, что не все дают одинаковый ответ на данный вопрос.
Более того, многие юридические статьи для владельцев бизнеса, выдаваемые по запросам в поисковиках, без глубокого анализа категорично стоят на том, что ФЛ точно не могут заключать договоры простого товарищества. Это создает ложное впечатление о сложившейся единой практике толкования правовых норм в рамках этого вопроса. Если в открытом доступе будет чуть больше материлов, глубже анализирующих вопрос, можно будет рассчитывать на лучшую правовую осведомленность людей – в этом и состоит задача настоящего материала.
Противоречивая судебная практика (позиция о запрете участия ФЛ в таких договорах)
Существует ряд судебных решений, в которых истец заявляет требование о признании договора простого товарищества недействительным на основании того, что среди сторон сделки присутствуют физ. лица. И суды удовлетворяют такие исковые заявления, мотивируя это наличием законодательного запрета на заключение договора простого товарищества лицами, не относящимися к категории ИП или ЮЛ.
Так, в решении Приморского районного суда Архангельской области по делу № 2-203/2019 от 15 марта 2019 г. указано, что заключение договора простого товарищества с физическими лицами невозможно в силу прямого законодательного запрета: Заключение договора простого товарищества между лицами, не являющимися индивидуальными предпринимателями, противоречит ст. 1041 ГК РФ, в силу чего, данная сделка является недействиетльной.
Как суд определяет действительность договоров с физическими лицами
При этом в рассматриваемом деле суд установил, что целью сделки является строительство здания, а не получение прибыли:
Из буквального содержания условий договора о совместной деятельности от 29 августа 2013 г. усматривается, что данный договор заключен сторонами с целью осуществления деятельности в виде строительства жилого дома.
В итоге суд удовлетворил требования о признании договора недействительным только на том основании, что у истца не было статуса индивидуального предпринимателя.
Невозможность заключения договоров физическими лицами
В решении Центрального районного суда г. Читы Забайкальского края от 27 января 2020 г. указывается на невозможность заключения договора физическими лицами:
Установлено, что соглашение о партнерстве и сотрудничестве заключено между физическими лицами, стороны заключенного соглашения индивидуальными предпринимателями не являются, что противоречит ст. 1041 ГК РФ. Следовательно, данное соглашение является ничтожным в силу положений ст. 166 ГК РФ и подлежит признанию незаключенным.
Подобная позиция была выражена в решении Анапского городского суда Краснодарского края по делу № 2-2028/2012 от 15 августа 2012 г.
Позиция суда и анализ законодательства
Статья 1041 ГК РФ не запрещает участие физических лиц в договоре простого товарищества. Однако позиция судов основывается на неправильном толковании норм права.
Пункт 1 статьи 1041 ГК РФ определяет, что целью договора простого товарищества может быть не только получение прибыли, но и иные законные цели. Пункт 2 той же статьи устанавливает, что статус ИП или ЮЛ необходим лишь для осуществления предпринимательской деятельности.
Концепция простого товарищества и систематичность получения прибыли
Различие между простым коммерческим товариществом и гражданским товариществом заключается не только в цели получения прибыли, но и в систематичности этого процесса.
Важность критерия систематичности в получении прибыли подчеркивается исследованиями юридической литературы.
Так, согласно абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на СИСТЕМАТИЧЕСКОЕ получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Следовательно, предпринимательская деятельность не может отождествляться во всех случаях с получением прибыли. Не всякое получение прибыли является предпринимательской деятельностью, а только то, которое отвечает признаку систематичности.
К примеру, если стороны по договору простого товарищества поставили своей целью строительство одного дома для его дальнейшей продажи третьему лицу, то здесь целью будет получение прибыли. Но вместе с этим, деятельность сторон нельзя назвать предпринимательской деятельностью, поскольку такое получение прибыли будет носить лишь разовый характер.
Следовательно, в случае, когда истец предъявляет требование о признании договора недействительным на основании того, что стороной сделки является физическое лицо, ответчику следует обратить внимание на такой критерий как отсутствие цели не просто получить прибыль в целом, но получать ее не разово, а систематически.
6 – Судебная практика в поддержку возможности заключения договора физ. лицами
Именно подобная позиция была занята ответчиком и поддержана Индустриальным районным судом г. Перми по делу № 2-1423/2019 в решении от 24 июля 2019 г. В рамках данного дела суд пришел к выводу, что даже если стороны нацелены получить прибыль от сделки, разовый характер такой прибыли позволяет заключать договор простого товарищества и физическим лицам, так как подобным договором не прикрывается предпринимательская деятельность: «Данный договор заключен сторонами как физическими лицами. Вместе с тем, предметом вышеуказанного договора определены конкретные объекты недвижимости, и согласованы конкретные действия, подлежащие совершению, что тем самым не отвечает признакам предпринимательской деятельности, которая носит систематический характер. С учетом изложенного, отношения по договору от ДД.ММ.ГГГГ. судом квалифицированы как договор простого товарищества».
Подобная позиция также выражена в решении Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 24 ноября 2015 г. по делу № 2-3883/2015: «В силу требований ч. 2 ст. 1041 ГК РФ в обязательном порядке обладать статусом индивидуального предпринимателя, являясь стороной по договору простого товарищества , физическое лицо обязано лишь в случае, если подобная сделка заключается с целью осуществления предпринимательской деятельности».
Критерий систематичности получения прибыли в данном случае имеет важнейшее значение, поскольку отвечает сущности договора простого товарищества.
Вполне логично, что в п. 2 ст. 1041 ГК РФ законодатель устанавливает законодательный запрет заключать договор простого товарищества для осуществления предпринимательской деятельности без наличия статуса ИП или ЮЛ. В противном случае договор простого товарищества стал бы очевидной лазейкой для осуществления предпринимательской деятельности без регистрации бизнеса.
В то же время, как уже было подчеркнуто выше, не всякое получение прибыли является предпринимательской деятельностью, в связи с чем нет оснований ограничивать физических лиц в их праве заключать договор простого товарищества при наличии советующих отношений сторон.
7 – Сравнение подходов к регулированию вопроса в историческом разрезе.
Таким образом, в отличие от предшествующих способов правового регулирования отношений по договору простого товарищества, нынешняя редакция ст. 1041 ГК РФ не ограничивает субъекты гражданских правоотношений в определении цели ведения совместной деятельности. Договор может быть заключен как для предпринимательских целей, так и для личных нужд сторон.
8 – Итог – когда ФЛ могут заключать договор простого товарищества:
Участниками договора простого могут быть не только ИП или ЮЛ, такой договор могут заключить физические лица – в том случае, если целью деятельности таких лиц не является систематическое извлечение прибыли.
Учитывая приведенную выше судебную практику, дела о признании подобных сделок недействительными не всегда рассматриваются в соответствии со смыслом действующих правовых норм, поскольку в некоторых решениях отсвечивается категоричная позиция о том, что закон безоговорочно устанавливает запрет на заключение договора простого товарищества физическими лицами.
Однако, как было рассмотрено выше, в действительности такого запрета нет и подобные позиции объективно противоречат букве и духу закона.
Российское гражданское право: Учебник: В 2-х томах. Том II. Обязательственное право / Отв. ред. Е.А. Суханов. — М.: Статут, 2011. Стр. 1035.
Договорное право. Договоры о займе, банковском кредите и факторинге. Договоры,
направленные на создание коллективных образованиий. Книга 5. Том 1. Брагинский М.И., Витрянский В.В. «Статут», 2006 г.
- Мареев Ю.Л. о простом товариществе и основных его метаморфозах в обязательственном праве России // Вестник ННГУ. 2022. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/o-prostom-tovarischestve-i-osnovnyh-ego-metamorfozah-v-obyazatelstvennom-prave-rossii (дата обращения: 25.05.2023).
Одна из экспертов «АГ» заметила, что инвестиционные контракты до сих пор являются организационно-правовой моделью взаимоотношений государства и частного сектора, которая наиболее подвержена рискам. Второму аргументация ВС РФ против простого товарищества не показалась убедительной. Третий обратил внимание, что Суд обошел стороной моменты, связанные со сроками исковой давности, что дает возможность ответчику вновь поднять этот вопрос при новом рассмотрении.
Верховный Суд опубликовал Определение № 305-ЭС23-1573 от 16 июня по делу № А40-24848/2022, которым отменил решения нижестоящих судов, посчитавших инвестиционный контракт договором простого товарищества.
Контракт на строительство микрорайона
21 октября 2004 г. министерство строительного комплекса Московской области, администрация Подольского района Московской области и ООО «Строитель-плюс» заключили инвестиционный контракт. Предметом контракта являлась реализация в 2004–2013 гг. инвестиционного проекта по проектированию, строительству и вводу в эксплуатацию комплекса зданий на земельном участке, с ориентировочным объемом инвестиций почти 2 млрд руб. В рамках реализации инвестиционного проекта общество обязалось за счет собственных и привлеченных средств построить объекты жилищного назначения и объекты социальной сферы на земельном участке.
По условиям п. 3.1 контракта недвижимое имущество делилось между сторонами по следующим пропорциям: в собственность администрации (безвозмездно) – 10% общей жилой площади инвестиционного объекта, школа с оборудованием, детский сад – ясли и спортивная площадка (стадион); в собственность инвестора – 90% общей жилой площади инвестиционного объекта, 100% инженерных сооружений и коммуникаций, а также остальная инфраструктура, построенная инвестором в соответствии с требованиями СНиП согласно генплану застройки микрорайона. В п. 3.3 контракта отмечалось, что конкретное имущество, подлежащее передаче в собственность сторон по итогам реализации контракта, определяется на основании акта о частичных результатах реализации инвестиционного проекта, подписание которого является этапом реализации инвестиционного проекта и основанием для прекращения обязательств по нему.
В течение 2007–2014 г. было окончено строительство и введены в эксплуатацию 10 жилых домов со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями. При этом 30 октября 2012 г. было заключено соглашение, на основании которого все предусмотренные контрактом имущественные права перешли к правительству Москвы.
Суд квалифицировал контракт как договор простого товарищества
Правительство Москвы обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к обществу «Строитель-плюс», ссылаясь на уклонение ответчика от распределения площади нежилых помещений по окончании реализации инвестиционного контракта. Истец указал, что контрактом не предусмотрено распределение нежилых помещений, в связи с чем 10 многоквартирных домов являются неурегулированным результатом инвестиционной деятельности и подлежат распределению поровну: 50% площади нежилых помещений – в собственность г. Москвы и 50% площади нежилых помещений – в собственность инвестора. Также истец указал, что, принимая во внимание реализацию инвестором 50% нежилых помещений в объектах, составляющих долю г. Москвы, общество обязано погасить образовавшуюся задолженность, размер которой был рассчитан на основании отчета независимого оценщика и составил более 574 млн руб.
Суд квалифицировал контракт как договор простого товарищества и применил нормы гл. 55 ГК. При этом в качестве вклада истца в совместную деятельность товарищей суд признал предоставление земельного участка для целей, связанных со строительством, без проведения торгов. Он отметил, что распределение площади нежилых помещений между сторонами контракта должно производиться по 50% каждой из сторон, поскольку в отсутствие соглашения об ином вклады сторон предполагаются равными (ст. 1042, 1048 ГК).
Суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по подписанию акта о результатах частичной реализации инвестиционного контракта в редакции, предполагающей обязанность общества осуществить выплату стоимости 50% нежилых помещений, и для взыскания с общества стоимости указанных помещений в размере более 574 млн. руб. Одновременно он отклонил доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, поскольку до подписания акта о реализации инвестиционного проекта отношения между сторонами контракта не завершены. Апелляция оставила решение в силе, а кассация согласилась с ней.
Суды неправильно определили природу контракта
Общество «Строитель-плюс» подало кассационную жалобу в Верховный Суд. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила: судами не учтено, что при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (п. 2 и 3 ст. 421 ГК) необходимо учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом.
ВС разъяснил толкование условий договораПленум ВС РФ принял доработанное постановление, касающееся возникающих на практике вопросов по применению норм ГК о заключении и толковании договоров 25 декабря 2018
Верховный Суд указал, что правовая квалификация договора производится независимо от указанного сторонами наименования договора, названия его сторон, наименования способа исполнения (п. 47 Постановления Пленума ВС от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора»). В п. 4 Постановления Пленума ВАС от 11 июля 2011 г. № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» указано, что при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам гл. 30 («Купля-продажа»), 37 («Подряд»), 55 («Простое товарищество») Кодекса и т.д. Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.
В случаях, когда по условиям договора одна сторона, имеющая в собственности или на ином праве земельный участок, предоставляет его для строительства здания или сооружения, а другая сторона обязуется осуществить строительство, к отношениям сторон по договору подлежат применению правила гл. 37 ГК, в том числе правила § 3 гл. 37 («Строительный подряд»), заметил ВС. При этом, если по условиям договора сторона, осуществившая строительство, имеет право в качестве платы по нему получить в собственность помещения в возведенном здании, названный договор следует квалифицировать как смешанный (п. 3 ст. 421 ГК) и к обязательству по передаче помещений применяются правила о купле-продаже будущей недвижимой вещи (п. 6 Постановления № 54).
Как отметил Суд, из условий контракта и установленных судами обстоятельств следует, что при заключении данного договора публичным образованием обществу в аренду был предоставлен земельный участок для осуществления застройки, а общество обязалось осуществить строительство и передать публичному образованию 10% жилых помещений (223 квартиры), а также объекты социального назначения. В случае если в процессе реализации инвестиционного проекта инвестор обеспечит выход площадей по инвестиционному объекту в размерах больших, чем предполагается контрактом, то дополнительная площадь распределяется в тех же соотношениях, что и основная площадь (п. 3.5 контракта). Таким образом, по условиям договора помимо предусмотренных контрактом жилых помещений и социальных объектов г. Москва вправе требовать передачи в свою собственность объекты, которые были возведены сверх объемов строительства, изначально предусмотренных контрактом. При этом, заметил ВС, в публичную собственность может перейти не более 10% дополнительно созданных площадей, о чем прямо указано в контракте. Обязательств по передаче публичному образованию иных объектов недвижимости контракт не содержит.
Как пояснил Верховный Суд, первая и апелляционная инстанции не исследовали обстоятельства, касающиеся того, было ли предусмотрено создание нежилых помещений в многоквартирных домах по условиям контракта либо спорные площади являются дополнительно полученными в результате строительства, из которых 10% площадей должны были быть переданы публичному образованию. Кроме того, как видно из акта о частичной реализации инвестиционного проекта, обязанность по подписанию которого суды возложили на ответчика, от общей площади нежилых помещений 50%, по доводам правительства, подлежали передаче г. Москве. Однако в акте также указано, что общая нежилая площадь объектов подсчитана истцом с учетом площади общего пользования и инженерного назначения, неразрывно связанных с системами жизнеобеспечения, в то время как в силу п. 3.6 контракта создаваемые в процессе инвестирования инженерные коммуникации электроснабжения, теплоснабжения, водоснабжения и канализации, телефонизации, радио и телевидения являются собственностью общества. Исходя из изложенного, выводы судов о наличии оснований для полного удовлетворения требований правительства сделаны с нарушением требований ч. 2 ст. 65, ст. 71 и ч. 1 ст. 168 АПК без исследования всей совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.
Также ВС не согласился с выводами о квалификации контракта в качестве договора простого товарищества и применении к нему положений ст. 1042, 1048 ГК, регулирующих оценку вкладов товарищей и распределение прибыли, полученной товарищами в результате их совместной деятельности. Он пояснил, что согласно п. 1 ст. 1041 ГК по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели. Договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества, когда из его условий усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения общей цели, а именно создания объекта недвижимости (п. 7 Постановления № 54).
Суд уточнил, что в рассматриваемом случае контракт не содержит условий, предусматривающих соединение вкладов участников, в том числе внесение вклада со стороны Московской области, г. Москвы для ведения совместной деятельности. Из условий контракта не вытекает, что публичное образование принимало на себя обязательство внести вклад в общее дело в виде права аренды или посредством передачи земельного участка в общую собственность товарищей. То обстоятельство, что в соответствии с ранее действовавшим законодательством земельный участок был передан в аренду ответчику без проведения торгов на возмездных условиях, не означает, что тем самым был осуществлен вклад в совместную деятельность, как и возведение застройщиком объекта в размерах больших, чем предполагается контрактом, изменение правовой природы согласованного сторонами обязательства.
ВС признал право на односторонний отказ от договора аренды земли, выделенной из общей долевой собственностиДля одностороннего отказа от исполнения договора аренды земельного участка, напомнил ВС, достаточно самого факта указания в законе или соглашении сторон на такую возможность23 августа 2022
Верховный Суд пояснил: доводы московского правительства о том, что спорный контракт ранее уже был квалифицирован в качестве договора простого товарищества при рассмотрении дела № А40-82606/2018 АС г. Москвы, не могут быть признаны обоснованными. Согласно ч. 2 ст. 69 АПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. При этом правовая квалификация сделки, данная судом по ранее рассмотренному делу, не образует преюдиции по смыслу ст. 69 АПК, но учитывается судом, который рассматривает второе дело. Если суд, разрешающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы (определения ВС РФ от 6 октября 2016 г. № 305-ЭС16-8204; от 29 марта 2016 г. № 305-ЭС15-16362; от 29 января 2019 г. № 304-КГ18-15768; от 11 августа 2022 г. № 310-ЭС22-5767 и др.).
Как указал ВС, из содержания судебных актов по делу № А40-82606/2018 не усматривается, что в ходе рассмотрения дела суды оценивали квалифицирующие признаки контракта и пришли к мотивированному выводу о том, что целью его заключения являлось ведение совместной деятельности, в том числе установили обстоятельства, с неизбежностью влекущие за собой квалификацию контракта в качестве договора простого товарищества. Само по себе применение судами по названному делу отдельных положений гл. 55 ГК для целей определения имущественных притязаний сторон не свидетельствует об окончательной квалификации отношений. При этом вывод о том, что контракт является договором простого товарищества, в Определении ВС от 14 июня 2019 г. № 305-ЭС19-8202 по данному делу также не сделан. Более того, по результатам рассмотрения дела № А41-65536/2020 Арбитражного суда Московской области спорный контракт в части условий о передаче части недвижимого имущества в собственность публичного образования по итогам реализации инвестиционного проекта в качестве платы за выполненные им подрядные работы квалифицирован как договор купли-продажи будущей вещи. Такая квалификация соответствует нормам материального права и сложившейся по данной категории дел многолетней единообразной судебной практике, в том числе изложенной в Определении ВС РФ от 21 августа 2017 г. № 305-ЭС17-1467 по делу № А40-229083/2015.
Таким образом, Верховный Суд отменил решения нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.
Эксперты оценили выводы ВС
Управляющий партнер АБ «Юг» Юрий Пустовит отметил, что подобного рода споры имеют очень давнюю историю. «Еще в середины 90-х гг. застройщики стали заключать с местными органами власти договоры, по которым муниципалитеты передают в аренду застройщикам земельные участки, выдают разрешения на строительство и не мешают работать, а застройщики в качестве платы передают в муниципальную собственность часть построенного объекта, которая, как правило, выражалась в том или ином количестве квартир или объектов соцкультбыта: школ, детских садов, благоустройства и т.п. В нулевые годы в судебной практике и доктрине (прежде всего трудах Константина Скловского и Юрия Романца) шло активное обсуждение правовой природы этих договоров. Что это: простое товарищество, подряд, купля-продажа будущей вещи или это какой-то самостоятельный “инвестиционный договор”, не сводимый к классическим договорным конструкциям? Результатом этих споров стало принятие одного из самых известных и спорных постановлений Пленума ВАС РФ № 54 от 11 июля 2011 г., в котором ВАС РФ ориентировал суды на признание указанных договоров подрядом и куплей-продажей», – рассказал он.
Юрий Пустовит обратил внимание: Верховный Суд решил, что инвестиционный контракт не является простым товариществом, а является подрядом. Однако, по его мнению, из условий контракта хорошо понятно, почему нижестоящие суды не признали договор подрядом: по его условиям подрядчик строит объект, а затем 90% этого объекта оставляет себе в качестве причитающейся ему платы за строительство остальных 10%, т.е. плата за работы выходит в девять раз выше стоимости работ. «Абсурдность такого подхода побудила суды признать договор простым товариществом: в рамках этого договора такое распределение результатов работ является нормой, а предоставление областью застройщику земельного участка вполне себе тянет на вклад в общее дело. И надо сказать, аргументация ВС РФ против простого товарищества, изложенная в определении, лично мне не кажется убедительной. Вместе с тем, в отличие от судей Верховного Суда, мне текст контракта для анализа не доступен. Возможно, он действительно по юридической сути своих условий не соответствует простому товариществу, поэтому остается лишь поверить Верховному Суду и наблюдать за тем, как это дело будет решено при новом рассмотрении в первой инстанции», – заключил эксперт.
Адвокат, партнер юридической фирмы «Тимофеев/Черепнов/Калашников» Михаил Черепнов посчитал позицию Верховного Суда объективной. «Действительно, при квалификации договора как договора простого товарищества важно учитывать условия контракта, особенно в части того, вносят ли стороны вклады и ставится ли общая цель деятельности сторон такого контракта. Если не имеется хотя бы одного элемента, то и квалифицировать контракт как простое товарищество нельзя. Все эти нюансы давно изложены в п. 4–7 Постановления Пленума ВАС РФ от 11 июля 2011 г. № 54. С учетом четких и конкретных указаний ВС РФ для нижестоящих судов вряд ли стоит ожидать что-то необычное при новом рассмотрении дела. Скорее всего, суд переквалифицирует договор в договор купли-продажи будущей вещи и определит в собственность г. Москвы 10% от спорных нежилых помещений», – полагает он.
В то же время Михаил Черепнов обратил внимание на то, что ВС РФ обошел стороной моменты, связанные со сроками исковой давности, что дает возможность ответчику поднять этот вопрос вновь при новом рассмотрении. Установление судом пропуска срока исковой давности может являться единственным основанием для отказа в иске при новом рассмотрении дела. Также, по его мнению, является спорным вопрос о наличии у истца права на нежилые помещения с учетом того, что они не были предусмотрены напрямую контрактом к распределению. В п. 3.1 речь идет о 10% в отношении жилых помещений плюс школа, детский сад – ясли и стадион.
Партнер юридической компании You & Partners Евгения Зусман заметила: несмотря на то что Постановление Пленума ВАС № 54 было опубликовано в 2011 г., оно до сих пор является главным актом правоприменительной практики в сфере регулирования отношений, связанных с инвестиционной деятельностью, и имеет большое значение для квалификации инвестиционных контрактов. В соответствии с п. 7 Постановления № 54 договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества в случаях, когда из условий договора усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) для достижения общей цели, а именно создания объекта недвижимости. «В рассматриваемом споре, на мой взгляд, это не являлось целью заключения контракта, вследствие чего положения законодательства о простом товариществе неприменимы», – полагает эксперт.
Он указала, что стороны не предусмотрели в инвестиционном соглашении условия о распределении нежилых помещений, однако распределение данных помещений поровну не соответствует волеизъявлению сторон. Из контракта, по мнению эксперта, очевидно, что жилая площадь распределяется между правительством и инвестором в пропорции 10 к 90, поскольку инвестор вкладывает свои средства в строительство объекта и несет социальную нагрузку по созданию сопутствующей инфраструктуры. «Суды могли, к примеру, при толковании договора распределить нежилые помещения в пропорции: 10% – в собственность правительства и 90% – в пользу инвестора, что было бы более обоснованным подходом. Одновременно с этим из самого описания спора непонятно, чем конкретно являлись спорные нежилые помещения», – заметила Евгения Зусман.
По ее мнению, инвестиционные контракты до сих пор являются организационно-правовой моделью взаимоотношений государства и частного сектора, которая наиболее подвержена рискам. С одной стороны, диспозитивные принципы гражданского законодательства позволяют сторонам включить в инвестиционный контракт широкий перечень условий. С другой стороны, такая гибкость нередко становится причиной обжалования инвестиционных контрактов в судах, вследствие чего исследуется правовая природа конкретных правоотношений, что нередко ведет к их переквалификации.
Из нашей статьи вы узнаете:
При проведении тендеров заказчик должен самостоятельно обозначить в Положениях о закупке критерии допуска участников. Тем самым вносится ясность в понимание вопроса, от кого может быть подана заявка. Документация содержит ряд ограничений на усмотрение самого заказчика.
Кто такой коллективный участник закупки по 223 ФЗ
Коллективный участник по 223 ФЗ – понятие, определённое в части 5 статьи 3 данного законодательного акта. В тексте уточнено, что термин подразумевает выступающее за одну сторону объединение. Причём это могут быть как физические, так и юридические лица. Во втором случае не имеет значения конкретная форма собственности, где находится капитал и другие условия. Если речь идёт о физических лицах, также допускаются различные варианты. Сюда же входят и ИП.
Расширение понятия даёт возможность участникам подавать коллективную заявку, чтобы принимать участие в закупочной процедуре. Это сделано с целью:
По какому бы закону ни проводилась закупка, обязательным условием для участия становится наличие ЭЦП для торгов.
Что говорит об этом наш эксперт Наталья Абрамова?
По мнению Минфина России (письмо от 29.06.2020 №24-04-08/55804), законом №223-ФЗ не предусмотрены варианты объединения юр. лица с ИП или физ. лицом. Однако Верховный Суд РФ высказал противоположную позицию. В Определении ВС РФ от 23.09.2021 №308-ЭС21-16895 указано, что ч. 5 статьи 3 Закона №223-ФЗ не ограничивает возможность участия в закупке на стороне коллективного участника одновременно юридических и физических лиц (в том числе ИП).
В каких формах возможно объединение физлиц и юрлиц для участия в коллективной закупке
Непосредственно в №223-ФЗ не закреплено, какие формы объединений физических и юридических лиц приемлемы для коллективного участника. В соответствии с действующим законодательством РФ это могут быть:
Простое товарищество считается самым простым вариантом, уже хорошо отработанным на практике.
Что из себя представляет договор простого товарищества
По договору простого товарищества предусмотрено объединение вносимых средств двумя либо большим числом лиц. Также эта форма предполагает возможность осуществлять действия с целью получения прибыли без формирования юрлица.
Договор должен соответствовать ряду критериев.
Необходимо, чтобы подписание договора было осуществлено до того, как подана заявка.
Что такое договор инвестиционного товарищества
Этот формат объединения лиц для участия в тендере подразумевает соединение денежных средств и ведение совместной инвестиционной деятельности. Целью становится получение прибыли, при этом юрлицо не создаётся. В роли сторон могут выступать коммерческие фирмы либо некоммерческие организации, если это отвечает критериям федерального законодательства. А вот физлица не входят в число тех, кто может стать сторонами договора инвестиционного товарищества. Есть и другие условия. Количество членов группы ограничено 50.
Моментом заключения такого договора является дата его нотариального удостоверения. В тексте документа понадобится указать:
Коллективный участник в форме инвестиционного товарищества считается наиболее регламентированным вариантом. Однако тут есть и ряд сложностей.
Сам термин предусматривает то, что один либо сразу несколько управляющих товарищей берут на себя ведение общих дел от имени всех членов группы. По числу голосов устанавливается, кто будет лидером, выполняющим задачи представителя описанной формы объединения.
К договору о совместном участии предъявляется ряд требований.
Строгое соответствие всем описанным критериям даёт возможность расценивать соглашение в качестве гарантии, подтверждающей для третьих лиц право участия в закупочной процедуре описанной формы объединения юрлиц. Тем самым снижаются и риски претензий со стороны заказчика.
Требования к коллективному участнику
Коллективный участник по 223 ФЗ должен отвечать ряду критериев.
Коллективный участник по 223 ФЗ не должен быть банкротом, иметь задолженность либо быть включённым в РНП. При этом действует правило «один за всех». То есть при наличии у одного из участников лицензии, допуска СРО, это распространяется сразу на всех членов коллектива.
Требования документации и соответствие коллективного участника
Если заказчик даёт возможность подавать заявки как коллективный участник, оценка проводится по совокупности параметров. Описание должно быть включено в состав подаваемой заявки. Если невозможно рассчитать сумму определённого параметра, коллективный участник должен продемонстрировать указанный показатель у любого из членов группы.
На лидера консорциума возлагается задача прописать в заявке информацию о каждом из участников объединения юрлиц. Данные должны служить свидетельством соответствия всем условиям документации. Сюда же прилагаются копии лицензий, допусков СРО и пр.
Требования к участникам закупки СМП
Согласно требованиям статьи 4 ФЗ №209, чтобы вся группа лиц считалась субъектом малого и среднего предпринимательства, необходима принадлежность каждого из её участников к этой категории. Поэтому всё указанное в ПП №1352 не относится к коллективному участнику, в составе которого присутствуют иные лица, кроме прописанных в части 5 статьи 3 ФЗ №223. Важно, чтобы все члены коллективного участника относились к категории СМСП.
Проверка соответствия требованиям коллективной заявки
Дальше нужно действовать по следующему алгоритму. Отвечает ли подаваемая групповая заявка базовым критериям, можно понять по следующим параметрам.
Как заключать договор с коллективным участником
При победе в закупке коллективного участника заказчику приходится сотрудничать с группой лиц. Все они должны быть прописаны в протоколе подведения результатов.
Варианты заключения договора могут предусматривать:
Обычно отдаётся предпочтение заключению договора с лидером консорциума. Все прочие члены группы прописываются в тексте договора или приложении к нему.
Ответственность коллективного участника
В том случае, когда предметом договора товарищества является реализация предпринимательской деятельности, каждый из членов группы несёт солидарную ответственность. Поэтому при победе в закупке на каждого из партнёров ложится ответственность по выполнению договорных обязательств. Кредитор имеет право предъявлять требования к должникам совместно и по отдельности. Это касается как всей суммы, так и отдельной части задолженности. Если один из должников решил исполнить солидарную обязанность самостоятельно в полном объёме, все прочие должники считаются освобождёнными от этого.
Этапы заключения договора
Регламент подписания такого договора с коллективным участником вместе с его содержанием определяются сторонами самостоятельно, что оговорено в письме Минэкономразвития РФ №Д28и-2071.
При заключении и исполнении договора следует обратить внимание на следующие моменты.
Заключение
Коллективный участник имеет право принимать участие в закупках согласно ФЗ №223. Успех мероприятия обусловлен корректностью оформления правоотношений. Важно также ответственно подойти к вопросу подготовки заявки и документов, служащих свидетельством соответствия требованиям заказчика.
Для успешного участия в закупках по 44-ФЗ и 223-ФЗ предлагаем использовать комплексное решение Астрал.Торги. Вы можете подобрать как готовый набор услуг, так и конкретный необходимый сервис. Для подключения на нашем сайте.
